Человек я – неорганизованный, ничего не готовлю заранее, не продумываю, живу, ничего не планируя особо, благодаря этому попадаю порой в самые нелепые ситуации.  Вот одна из моих историй, которая не просто запомнилась мне, а «повязала» меня с Москвой навеки.

Это была командировка, ноябрь, почти зима. Воздух был по — зимнему прозрачен и холоден, пролетал снег.  В метро стояла тропическая жара и было море людей. Много работы, много новых знакомств, много информации. Новые ощущения и неуловимые чувства.

В тот раз мне было страшно ехать в Москву, я заранее знала, что мне негде жить. Я беспечно отмахивалась от ужасных мыслей, но уже в поезде сердце моё тревожно замирало. Его как-будто обкладывало льдом и сковывало от страха. Потом состояние это проходило и я уговаривала себя, что всё как-нибудь разрешиться.  С утра у меня тряслись руки и ноги, но работа отвлекла меня. Я просто была счастлива оттого, что я в Москве.

Мои коллеги жили в районе Чистые пруды. С ними я и приехала, мы вместе поужинали, подошло время попрощаться и уйти. Но куда же мне идти?  Куда, куда, куда?

В первой гостиницу останавливаться было дорого.  В другой не было мест.  Ещё в нескольких местах мест тоже не было. Для некоторых мест у меня не было денег. И вот наконец чудо!!! Небольшая гостиница, с видом на «Современник», скромная, недорогая, уютная. Но места только с утра. Я решила, что до утра я погуляю по Москве, всю остальную неделю буду отсыпаться. Часть вещей я оставила в гостинице, точнее свой чемодан. Всё остальное пришлось взять с собой.

Я  каталась на метро до полуночи. Устала, утомилась, болела голова от духоты и давления.  Но если бы я знала, что оно закрывается во втором часу, непременно бы осталась там. Я бесцельно бродила по центру, прошла улицы Знаменка, Лубянка, потом снова ходила, ходила, вышла к Храму Христа Спасителя. Потом через Красную Площадь прошла до улиц Большая Никитская и Малая Никитская. Сколько же километров я напетляла?! Я смертельно устала, уже хотелось спать, ноги подкашивались от сна и усталости. Наступала глубокая ночь, тёмная. В домах почти не было светлых окон. Мне казалось, что даже звёзды потускнелы, задремали… а я всё не сплю, брожу и некуда мне приткнуться. Я зашла в тихий московский дворик, маленький, квадратный,милый. Села на скамейку, сидела долго, иногда засыпала, но просыпалась от ветра от снега, от улицы. Снег повалили, красиво кружился над фонарями, успокаивал. Но от этого снега становилось грустно, как хорошо наблюдать снег в теплой комнате или рядом с домом, а потом заходить в домашнее тепло и греться, пить чай, идти в кровать.  Я полулегла на скамейку, мне казалось, что я в этом дворе уже давно, что скоро утро, но ночь темнела, время тянулось, останавливалось, замирало. Я укуталась в шубку и решила вздремнуть.

Из деревьев вышел человек, оборванный и въерошенный. За ним другой. Я снова села, отряхнулась от снега и приготовилась к встрече. Это были бездомные, бомжи. Я сгребла свои пожитки и открыла сумку, чтобы найти и дать им мелочи. Вдруг я услышала шорох, с другой стороны двора выходили люди, потом снова люди. Ко мне приближалась толпа. Я думала, что я совсем одна, их много, им не понравилось, что я на их лавке, видимо это их негласный ночной двор — прибежище. Послышался шум за моей спиной, я резко оглянулась, оттуда тоже выходили люди. Они были измучены, не шумели, просто медленно шли ко мне, они напомнили мне мертвецов из фильмов ужасов, я собрала свои вещи и встала. Нужно было уходить, но было очень лениво, ноги были как свинцовые, я решила всё объяснить бомжам и остаться на лавочке ещё хотя бы на полчаса, но тут один из них подошёл совсем близко и схватил меня за рукав… Я вырвала руку и быстро пошла, потом ускорилась и наконец побежала. Бежала, я всё бежала, даже не чувствовала усталости, просто бежала. Я убегала от жалости к этим людям, от брезгливости, от страха, от их грубости, и не знаю от чего ещё. Я бежала долго, запнулась, упала и почувствовала боль в груди.

Я плутала ещё долго, может быть и не очень. Я уже не видела названий улиц, не видела ничего вокруг. Моя нервная система была полностью угнетена, я уже успела обвинить самое себя во всём, что со мной . Мне уже не верилось, что всё это происходит со мной, я уже видела себя со стороны, наблюдала за собой, как за другим человеком. Иногда меня охватывали приступы смеха, я помню, что я шла и смеялась.  Точнее я уже не шла, а плелась. Я уже выбросила все свои сумки. У меня оставалась моя сумочка, я подошла к мусорке, вытащила всё содержимое и перебрала его. Сумку выкинула (сколько раз я потом жалела об этом!!!), паспорт, деньги, телефон,ключи растолкала по карманам. Шоколад выкинула. Ежедневник вставила за пояс.

Прошло ещё какое -то время. Я недоумевала, ведь я могла бы пойти на ночной нон-стоп в кино. Денег у меня не много, я почти всё отдала за гостиницу. А поселят ли меня утром, может это всё обман? Как же так? Но мне бы хватило на кино.

Я не просто устала за эту ночь, я обезумела и обезличилась. Я представлялась себе дикаркой, растрёпанной и ужасной.

Я шла  и выла, выла тихо себе под нос, иногда громче. Я шла, шла, шла…  Со мной шёл снег.

Я проголодалась. Жаль было выброшенной шоколадки, но хотелось чего-нибудь горячего, супа,  мяса, чая. Я услышала музыку, увидела красивое здание, большую витрину. Подошла. Это был ресторан. Внутри ещё были люди. Я прильнула к витрине, как ребёнок. Не могла ничего разглядеть, но там точно были люди, они ели пили, там внутри было тепло и красиво. Мне хотелось зайти, но было страшно, что мне не хватит моих денег, чтобы поесть там. Просто заказать чай было стыдно. И вообще я редко бывала в ресторанах и ни разу не была там одна.  Но ка мне хотелось туда. Я уже было подумала, к чёрту, зайду, но снова испугалась, я была измученая и страшная, в мокрой от снега шубе, нелепая и сонная, как же я туда зайду. Я заплакала. Сначала тихо, потом сильнее, зарыдала, слёзы попадали на стекло, замерзали прямо на моём лице, а я всё стояла и ревела.  От жалости к себе, от усталости, от холода, от одиночества и неуверенности в себе. Вдруг кто-то вышел на крыльцо. Я испугалась и торопливо побрела от ресторана. «Генацвале» — так блестела вывеска. Генацвале — это символ тепла и уюта для меня, это пристанище, это что-то недоступное и недосягаемое.

На углу я купила и съела хот-дог.  Почти не жевала, замёрзли челюсти.

Ночь становилась светлее. Я подошла к карте. Мне казалось, что я уже не могу думать, но я нашла на карте место, где я, и направление, куда мне надо идти. Я пошла в сторону Чистых Прудов.  По пути села на трамвай и доехала прямо до гостиницы.  Мой номер, к счастью, уже освободился, я взяла свой чемодан и поднялась к себе.

Уснула я не сразу. Долго ещё ходила по комнате, не веря своему счастью, стояла у окна, смотрела на ветку дерева, засыпанную снегом. На «Современник». На Москву. Уже люди шли по улицам. Город просыпался, я шла спать.

Следующий день прошёл быстро, неделя пролетела. Я собирала каталоги, визитные карточки, переводила. Последний день работы должен был завершиться банкетом. Мне не хотелось никуда ехать, я сославшись на недомогание, собиралась в гостиницу. Но вдруг я узнала, что банкет будет в ресторане «Генацвале». Я не могла не поехать.

Там внутри всё было красиво. Просторно. Красивые официанты. Всё радушие Грузии и всего Кавказа. Я люблю грузинскую кухню, хачапури, хинкали, домлу, лобио.  Всё вкусно, сытно. Было весело. Я сидела в углу, наслаждалась теплом, красотой, своей сытостью и бодростью. Я чувствовала себя абсолютно счастливой. Мне не верилось, что ещё неделю назад я была по ту сторону окна и даже представить не могла себе, что окажусь здесь. Как иногда шутят над нами ангелы.

Мы ехали в гостиницу по ночной Москве, шёл снег. Я вышла из автобуса, снег уже был почти настоящий, зимний, скрипучий. Он приятно прохрустел под моими ногами.  Я зашла в гостиницу, поднялась к себе, открыла окно и села, не раздеваясь на подоконнике. Ветер иногда обдувал мне лицо.  Лицо мое во время моего ночного путешествия обветрилось. Оно болело от ветра, но эта боль была приятной. Черный кот прошмыгнул по снегу. Я его звала: «Это ты, Бегемот? ТЫ, ты,ты. Стой, не убегай, поговори со мной.» Моя голова была до прелести пуста, но я смотрела не на волны, я смотрела на Москву, на ночь, на фонари, на Чистые Пруды. Я видела небольшой кусочек города, но перед моими глазами простиралась вся Бронная, всё Садовое кольцо, сад Аквариум, Триумфальная площадь, Воробьёвы Горы….  Завтра уезжать. До свидания, Москва.

Воланд. Бегемот. Маргарита.Мне снился сон. Ночь, снег, фонари. Я брожу по Москве, в руках примус. А потом пью красное вино в ресторане Генацвале. Рядом со мной, Азазелло, Бегемот и Воланд.